Биочага - источник антиоксидантов
Главная \ ВСЕ О ЧАГЕ \ ИССЛЕДОВАНИЯ ЧАГИ

ИССЛЕДОВАНИЯ ЧАГИ

М. Я. Шашкина, П. Н. Шашкин, А. В. Сергеев

ХИМИЧЕСКИЕ И МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА ЧАГИ

ГУ РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН, Москва

Обзор посвящен обсуждению химического состава и фармакологической активности чаги (Jnonotus obliquus), механизму действия и причин противоречивости данных литературы. Анализируются физико-химические свойства и предполагаемая химическая природа полифенольного гуминоподобного хромогенного комплекса-меланина и его роль в регуляции физиологических функций организма.

О лечебных свойствах чаги известно с древних времен. Но, несмотря на многовековую популярность у населения и широкий спектр действия, в официнальной медицине до настоящего времени чага используется ограниченно. Неоднократные попытки выяснить терапевтическую активность чаги для профилактики и лечения рака и других заболеваний не дали однозначных результатов. В рамках данного обзора сделана попытка систематизировать отдельные данные литературы по химической природе компонентов чаги, фармакологической активности, механизму действия.

ЧАГА (Chaga) или березовый гриб (Fungus betulinus)

По ботанической классификации — трутовик косотрубчатый — Jnonotus obliquus (Fr.) Pil; семейство Трутовиковые (Polyporaceae) или Гименохетовые (Gymenochaetaceae, тип базидиальные грибы (Basydiomycetes)[1, 2].

В природе известно около 25000 видов базидиомицетов, из которых около 500 видов трутовиков. Трутовики широко распространены в Европе, Азии, Северной Америке и Африке, но оценена биологическая активность только небольшой их части. Из исследованных трутовых грибов 75 % показали антимикробную активность и могут быть источником новых антибиотиков. Многочисленные компоненты этих грибов проявляют противовирусные, цитотоксические, иммуномодулирующие, антидиабетические, антиоксидантные свойства. В Японии разработаны антиканцерогенные лекарства на основе полисахаридов из трутовиков [3]. Березовый гриб или чага более известен в России, Польше, Белоруссии [1, 2, 4]. Чага —это продукт бесплодной (стерильной) стадии жизнедеятельности дереворазрушающего гриба, паразитирующего на стволах живых деревьев, главным образом на березе (реже — ольхе, рябине, черемухе). Чага отличается от плодовых тел трутовиков, которые имеют копытообразную форму, своей бесформенностью [2, 4].

Цикл развития гриба и образования чаги уникален.

Нити мицелия (гифы) проникают в древесину, постепенно разрушая ее, вызывают белую сердцевинную“гниль”Базидиоспоры гриба Jnonotus obliquus, рассеянные в воздухе, попадают в поврежденные участки коры живой березы (морозобоины, обломанные сучья и пр.), прорастают, образуя мицелий, питающийся соком растения. Нити мицелия (гифы) проникают в древесину, постепенно разрушая ее, вызывают белую сердцевинную“гниль” (см. фото). Одновременно под корой (в местах первоначального проникновения спор) образуется плодовое тело, дающее базидиоспоры. На 4-й год грибница выходит наружу, и начинает развиваться бесплодный мицелий, образуя на коре медленно растущие бесформенные черные наросты. Через 10 – 15 лет паразитирования они разрастаются, достигая 0,5 – 1,5 м длины,

10 – 15 см толщины и массы до 5 кг и более. Они могут быть округлые, вытянутые вдоль ствола, в зависимости от формы повреждения коры. Именно эти наросты и называют чагой. Гриб постепенно разрушает ствол дерева, который однажды ломается и береза гибнет. После этого гриб развивает плодовое тело, представляющее собой плоское образование, состоящее из трубочек, находящихся под слоем коры. Как только кора спадает, споры высыпаются, разносятся ветром и цикл развития гриба повторяется [1, 2, 4].

Заготавливают чагу только с живых или свеже-срубленных старых берез. На сухостое или валежнике чага разрушается и содержание в ней биологически активных веществ (БАВ) резко снижается. Наросты срубают топором у ствола, удаляя внутреннюю рыхлую часть. Качество сырья, его лекарственные свойства и стандартность зависят от правильности за-

готовок. Неоднозначность и противоречивость результатов фармакологической активности чаги, полученных различными авторами, во многом определялись тем, что вместо чаги использовали плодовые тела трутовиков или некачественную чагу, собранную у основания деревьев или валежнике. Небезопасно заготавливать чагу в регионах экологически неблагополучных (вблизи крупных промышленных центров, шоссейных дорог и пр.) [2, 4, 5]. Например, чага, собранная в Кемеровской области, содержит значительное количество тяжелых металлов: свинец, мышьяк, стронций [5].

Применение чаги в народной медицине и в быту.

В народной медицине чага известна также под названием “черный березовый гриб” или березовая губа (губа по старославянски “gаgа”), возможно отсюда название “чага”. Чага — старинное излюбленное средство жителей северных и средних районов России, применяемое для профилактики и лечения желудочно-кишечных заболеваний и даже рака. По преданию Химико-фармацевтический журнал. Том 40, № 10, 2006 37 русский князь Владимир Мономах избавился от рака губы благодаря березовому грибу [6, 7]. Чагой в сочетании с другими растениями лечат язву желудка и двенадцатиперстной кишки, гастриты. В полевых условиях, в лесу пьют чай из чаги при расстройстве желудка, тяжести и болях в кишечнике. Популярен чай из чаги у охотников и лесников. Он утоляет голод, снимает усталость, бодрит, улучшает общее самочувствие и повышает работоспособность. В некоторых районах жители вместо чая используют чагу. Было замечено, что в таких областях заболеваемость раком меньше, чем в соседних. Чагу используют как общеукрепляющее средство для повышения общего тонуса организма. Больного поят настоем чаги, если нужно снизить артериальное или венозное давление. Настоями чаги лечат пародонтоз, экзему, дерматит, псориаз. Ингаляциями с использованием чаги с травами снимают воспалительный процесс при опухолях гортани, что облегчает дыхание. Ссадины, порезы присыпают порошком чаги, чтобы прекратить нагноение раны [6 – 8].

Чага нетоксична, хорошо переносится и практически не имеет противопоказаний к применению. Ее используют в животноводстве. Добавление чаги в рацион свиней стимулирует рост поросят и прибавку в весе.

Шрот чаги применяют в качестве удобрения для защиты растений от фитофтороза и стимуляции роста. Настои чаги используют для консервирования овощных и ягодных соков [9]. Интерес к чаге не угасает. В современной народной и научной медицине чага используется как самостоятельно, так и в составе многокомпонентных препаратов для внутреннего и наружного применения в виде отваров, настоев, мазей и пр. Запатентованы композиции с включением чаги, обладающие общеукрепляющим, тонизирующим, противоопухолевым действием, для лечения и профилактики желудочно-кишечных заболеваний, послеоперационного лечения злокачественных новообразований, синдрома хронической усталости [10 – 16]. Широкий спектр действия предполагает наличие богатого комплекса БАВ.

Химический состав чаги.

Химический состав чаги впервые исследовал Г. Драгендорф в 1864 году и, не найдя активные субстанции (глюкозиды, алкалоиды), потерял к ней интерес. Только через 100 лет советские исследователи П.А. Якимов, А. А. Шиврина, Е. В. Ловягина, Е. Г. Платонова и др. провели достаточно полный химический анализ чаги и концентрата на ее основе в сравнении с другими трутовыми грибами. По данным авторов, химический состав чаги значительно отличается от различных видов других трутовиков. В чаге было найдено в 2 – 3 раза больше зольных элементов, в 4 – 12 раз меньше азота и клетчатки, чем в плодовых телах трутовиков [17 – 19]. Количество золы в чаге колебалось от 12 до 15 % в зависимости от места обитания. В составе зольных элементов преобладали окись калия (50 %), натрия (9 – 13 %), марганца (1,2 %). Состав золы концентрата соответствовал по многим показателям исходной чаге, но количество зольных элементов в концентрате возрастало до 23 – 30 % от сухой массы.

В составе чаги и концентрата были найдены также кальций, кремний, железо, магний, цинк, медь, алюминий, фосфор, сера. Позднее методом рентгено-флюоресцентной адсорбции в совокупности с гравиметрическим анализом и атомно-адсорбционной спектроскопией в чаге обнаружены: углерод (39 %), калий (9 – 10 %), водород (3,6 %), азот (0,4 %), магний(0,64 %), кальций (0,37 %), хлор (0,33 %), фосфор (0,23 %), натрий (0,05%), рубидий (0,04 %), сера(0,02 %), марганец (0,02 %), железо, медь, цинк, ванадий, хром, следы никеля, селена, йода, бария, брома, стронция. Не обнаружены кобальт, свинец, кадмий, ртуть и мышьяк. В сухом концентрате чаги содержание элементов соответствовало исходному сырью, за исключением магния, содержание которого возрастало в 3 раза и обнаруживались следы кобальта и свинца [наши неопубликованные данные]. Если рассчитать по разности, то содержание кислорода в чаге должно быть около 40 – 45 %, что свидетельствует о преобладании в ней кислородсодержащих веществ. Методом эмиссионного спектрального анализа в чаге, заготовленной на территории Кемеровской области и республики Тува, дополнительно обнаружены бор, алюминий, кремний, титан, цирконий, молибден, следы серебра [5]. Азот чаги имеет, главным образом, белковую природу. В продуктах гидролиза обнаружено 15 аминокислот, среди которых преобладающими были: глицин, аспарагиновая и глютаминовая кислоты (40 % от суммы всех кислот), а также тирозин, серин, треонин, лейцин, метионин, лизин, гистидин [20]. В составе чаги найдены флавоноиды, в т.ч. флавоны, флавононы, антоцианы, катехины (представленные апигенином, марингинином, корином, кверцитином),тритериновые и стериновые соединения (6 – 8 %), кислотоустойчивый лигнин (25 – 30 %), клетчатка (2 %), гемицеллюлоза (12,5 %), производные птероил-глютаминовой кислоты, органические кислоты (уксусная, масляная, много щавелевой) [18, 21 – 25]. Второй особенностью чаги является изобилие в ней водно-экстрактивных веществ до 40 % (на сухую массу),из которых более половины (50 – 60 % от сухого остатка экстракта или 25 % от сухой массы чаги) составляет, так называемый, пигментный или хромогенный комплекс (ХК). Из водных экстрактов ХК выделяется в виде темно-коричневого хлопьевидного осадка при добавлении соляной кислоты и изменении pН среды от 5,5 до 2,5 [18].

В неосаждаемой части экстракта остаются, как полагают авторы, минеральные соли, гемицеллюлоза, растворимые нередуцирующие полисахариды (5 %), которые обладают слабо-желирующими свойствами и при гидролизе образуют редуцирующие сахара. По нашим данным после осаждения ХК в растворе остаются также полифенольные соединения типа флавоноидов, дубильных веществ (до 15 %). Высокое содержание ХК — главная отличительная черта чаги, в сравнении с другими трутовиками (в которых найдено от 0,2 до 2 % ХК) [18]. Состав, природа и строение ХК, несмотря на усилия и внимание многих ученых, до сих пор не изучены. ХК содержит следы золы (0,5 – 2,5 %), азотистые вещества (0,5 – 0,6 %), практически весь азот водной вытяжки. Замечено, что в водных растворах при pН 5,5 ХК образует коллоидную систему, интенсивно окрашенную в темно-коричневый цвет. Он может выпадать в осадок под действием не только минеральных кислот, но и электролитов, нейтральных солей, ацетата свинца, адсорбироваться углем. Свежеосажденный ХК растворяется только в растворах щелочи и соды, в 50 % этаноле и 80 % ацетоне. В остальных органических растворителях он нерастворяется. Высушенный на воздухе при повышенной температуре ХК теряет свою растворимость почти целиком, а высушенный в вакууме — сохраняет растворимость только в растворах щелочей и соды. Водные растворы ХК способны к самоокислению при стоянии на воздухе, особенно при нейтральных рН.

При этом образуются сильноокрашенные до темно-бурого цвета, выпадающие постепенно в осадок, продукты окислительной деструкции ХК [25]. При кислотном и щелочном гидролизе ХК с использованием метода хроматографии идентифицированы ароматические кислоты полифенольной структуры (сиреневая, ванилиновая, пирокатехиновая, пирогалловая, пара-оксибензойная кислоты) [19, 26]. Особенностью этих кислот является необыкновенно легкая окисляемость и способность к конденсации с образованием продуктов темно-коричневого цвета.

На 1,0 сухой массы они поглощают 500 – 600 мг кислорода. На окисление 1,0 ХК расходуется около 350 мг кислорода, что является показателем его высокой восстановительной способности [19, 25]. БАВ чаги оказывают стимулирующее действие на каталазу и протеолитические ферменты крови. Свойства ХК сближают его с растительными “дыхательными” хромогенами В. И. Палладина, которые способны регенерировать ферментативную активность, подавленную ингибиторами [25]. На основании проведенных исследований выдвигается гипотеза, что ХК образуется из остатков лигнина и продуктов гумификации древесины березы. Известно, что дереворазрушающие грибы типа Inonotus obliquus обладают коррозийным типом гниения древесины, они сильнее разрушают лигнин, чем клетчатку, с расщеплением молекулы лигнина на более простые соединения и окислением метоксильных групп в карбоксильные с последующей конденсацией продуктов окисления.

Считают, что ХК — продукт вторичного биосинтеза грибом высококонденсированной системы типа гуминовых кислот (ГК). В отличие от ГК, ХК почти не содержит азота и растворяется в воде. Данные о происхождении ГК свидетельствуют об участии микроорганизмов в разрушении растительных остатков. По Трусову этот процесс многостадийный от окисления ароматических соединений до хинонов, конденсации их и превращения в темно-окрашенные вещества. Процесс происходит при участии фермента грибов лакказы (кислород: n-дифенол-редуктаза), который катализирует процесс полимеризации. Роль и физиологическое значение ХК для гриба не ясны. Предполагают, что он связывает и обезвреживает огромное количество зольных элементов, которые накапливаются мицелием гриба в течение его продолжительной жизни. ХК играет роль, очевидно, и в обмене веществ. Легко окисляясь, он может участвовать в окислительно-восстановительных процессах мицелия гриба. Подобно ГК, ХК является высокополимерной, многофункциональной системой, возникающей как “фактор сопротивления” в растительных организмах или отдельных тканях при неблагоприятных условиях, при взаимодействии двух процессов “хозяина” и “паразита”. По предложению В. П. Филатова группу таких веществ, активаторов угнетенной ферментативной активности, называют “биогенными стимуляторами”. Они способствуют восстановлению патологически нарушенных обменных процессов организма. Общее между ГК и ХК — богатый микро- и макроэлементный минеральный состав (К, Mg, Ca, Fe, Si, Al) и широкий спектр биологического и физиологического действия: высокий антитоксический эффект, регулирующее влияние на ферментативные процессы. Это дает возможность использовать их в качестве безопасных неспецифических защитных лекарств для повышения сопротивляемости организма к воздействию неблагоприятных факторов.

В отличие от ГК, ХК содержит в своем составе до 5 % метоксигрупп, в ГК торфа — 1,2 %, тогда как в лигнине березы — 15,7 %, что подтверждает гипотезу о лигниновой природе ХК [27 – 30]. Полифункциональность как ГК, так и ХК чаги, вероятно, связана с полидисперстностью и изменчивостью состава многообразных функциональных групп и присутствием минеральных веществ [25, 26, 30]. Анализ физико-химических свойств высокомолекулярных полифенольных пигментов чаги позволил группе исследователей отнести их к классу природных полимерных пигментов — меланинов [31, 32]. Меланины — это собирательное название группы высокомолекулярных черных и коричневых пигментов, образующихся при окислительной полимеризации фенолов. С физико-химической точки зрения меланины — гетерополимеры. Это единственный известный природный полимер с сильно развитой системой полисопряжения [33, 34]. Меланины характеризуются специфической реакционной способностью, обусловленной действием многочисленных парамагнитных центров. Парамагнитные центры меланинов высокостабильны, в отличие от лабильных свободных радикалов метаболического происхождения и, вероятно, участвуют в дезактивации их при облучении организма УФ или ионизирующей радиацией.

Радиопротекторная активность их подтверждена экспериментально и не вызывает сомнений [33]. Меланины широко распространены в животном и растительном мире. Они присутствуют в коже, волосяных фолликулах, пигментном эпителии сетчатки и радужной оболочке глаза, в головном и спинном мозге, мозговом веществе надпочечников и внутреннем ухе. С возрастом продукция меланинов в организме снижается, что приводит к возникновению нарушений физиологических систем организма. В животном организме меланины участвуют в репарации ДНК, процессах функционирования дыхательной цепи как акцепторы электронов, модулируют клеточный метаболизм, фото- и радиозащитную систему организма. Наличие в меланине стабильных свободных радикалов и ярко выраженные полупроводниковые свойства, а также способность легко окисляться и восстанавливаться, обеспечивает защиту организма от экстремальных условий. Меланины являются универсальными протекторами от воздействия факторов канцерогенной и мутагенной природы [33 – 36]. Меланин в гидрохинонной форме — сильный хелатообразующий агент. Меланины как полупроводники могут являться катализаторами биохимических реакций. Наличие в макромолекулах меланина хинонных, гидрохинонных, карбоксильных групп обусловливает его электронные и ионообменные свойства [33, 35, 36]. Принадлежность пигментов, выделенных из чаги, к меланинам, подтверждена анализом физико-химических свойств. Пигменты чаги имеют свойственную для меланинов молекулярную массу (57 КДа), характерное поглощение света в УФ и видимом диапазоне длин волн. ИК спектроскопией подтверждено присутствие в молекуле основных функциональных групп, а методом ЭПР получена информация о наличии парамагнитных центров [37]. Освоены методы синтеза меланина грибом Jnonotus obliquus в культуре. Меланогенез стимулируют ионы меди (0,008 %), пирокатехин (1 мМ) и тирозин (20 мМ).

Продукция меланинов чаги коррелирует с синтезом о и n-дифенолоксидаз [31, 38]. Сравнительное изучение свойств пигментов природной чаги и полученной в культуре гриба, выявило ряд отличий. Последние содержали в молекуле больше азота (6,4 % против 0,7 %) и являлись продуктами полимеризации тирозина, они имели дополнительные ЭПР сигналы и, по-видимому, значительные структурные различия, о чем свидетельствуют данные термолиза. В связи с этим пигменты, полученные культивированием гриба, отнесены к эумеланинам (черные пигменты животного происхождения), а природные пигменты чаги к алломеланинам (черно-коричневые пигменты высших растений и грибов). Алломеланины являются полифенольными конденсированными биополимерами нафталинового или катехольного типа хиноидной структуры [34]. В зависимости от условий они могут находиться в виде феноксильных или семихинонных радикалов, способных взаимодействовать с продуктами окисления ксенобиотиков, тяжелыми металлами и другими патологическими факторами. Уникальным свойством меланиновых пигментов является устойчивое свободно-радикальное состояние и высокое содержание парамагнитных центров карбоксильных и карбонильных групп.

Грибные меланины, в т.ч. чаги, проявляли высокую антиоксидантную и генопротекторную активности.

Они снижали генотоксическое действие канцерогенных аминобифенилов (метаболитов бензидина и его производных), предотвращая повреждение ДНК, способствовали увеличению скорости репарации возникающих разрывов ДНК [34, 38]. Экстракты чаги и культуральная среда гриба оказывали антимитотическое действие на опухолевые клетки шейки матки, главным образом, в фазах М, G1, G2 и, в тоже время, повышали каталазную активность. Показано, что антимитотический эффект мицелия не связан со стимуляцией каталазной активности в этих клетках [39, 40]. Широкий спектр биологической активности меланинов определяется особенностями строения. Фотозащитная активность реализуется за счет безизлучательного поглощения УФ-излучения полисопряженными системами, поглощающими его во всех диапазонах длин волн. Меланины эффективно подавляют перекисное окисление полиненасыщенных жирных кислот. Предотвращают одноцепочные разрывы ДНК, повреждения биомембран, окисление SН групп белков и глутатиона. В результате они ускоряют процессы заживления хирургических ран, проявляют иммуномодулирующие, противовоспалительные, энтеросорбционные и противоопухолевые свойства на фоне низкой токсичности [35 – 41].

В составе фракции стеринов и тритерпенов, выделенной из чаги, индентифицированы ланостерол (производное тетрациклического тритерпена), инотодиол (тритерпеновый спирт), эргостерол и другие. Они нерастворимы в воде, но частично эмульгируются и извлекаются горячей водой и при экстракции до 80 % остаются в шроте. Инотодиол обладал заметной антибластомной активностью, слабое действие показал ланостерол [42].

Появилось сообщение о содержании в чаге лектинов [43]. Лектины или агглютинины, как известно, относятся к классу сложных гликопротеинов, которые в некоторых случаях содержат ионы кальция, магния и др. [44]. Они способны обратимо связывать углеводы и участвовать в процессах их транспорта и депонирования, т.е. проявлять гипогликемическое действие, снижать содержание сахара в крови больных диабетом. Есть сведения о том, что лектины могут стимулировать рост и деление лимфоцитов, участвовать в регуляции иммунологических реакций, блокировать рецепторы опухолевых клеток, подавляя их миграцию [43, 44]. 

Таким образом, чага является своеобразной «кладовой» целого комплекса важнейших БАВ, которые могут участвовать в процессах регуляции метаболизма, коррекции и профилактики патологических нарушений. Задача в том, как сохранить их в процессе заготовки и переработки сырья, получить качественные лечебно-профилактические средства и правильно их использовать.

Медико-биологические свойства чаги

Безопасность чаги.

В опытах на 4-х видах животных (мыши, кролики, собаки, кошки) [45] было показано, что чага хорошо переносится при пероральном применении больших доз. LD50 для мышей составила 6,5 г3кг массы тела. Пероральная доза до 1,0 г3кг не вызывала каких-либо изменений в поведении кроликов, собак, кошек. При повышении доз возможны токсические проявления, выражающиеся в расстройстве движения и возникновении двигательного паралича. Для выяснения причин этого явления был поставлен специальный опыт с перевязкой одной из бедренных артерий лягушки с последующим электрическим раздражением седалищного нерва (после введения препарата). Установлено, что двигательный паралич, наступающий под влиянием чаги, зависит от угнетающего действия ее на ЦНС, а не на периферическую [45]. В хронических экспериментах при ежедневном введении в желудок экстрактов чаги в дозах (на сухую массу) 1 г3кг и 0,3 г3кг (массы тела) крысам и кроликам, соответственно, в течение 5 – 6 месяцев, автор не обнаружила никаких изменений в поведении животных и состоянии внутренних органов после их вскрытия, за исключением того,что рост кроликов в первые три недели был менее интенсивный, а у крыс наблюдалось иногда меньшее отложение жира в подкожной клетчатке, сальнике и жировых капсулах органов, по сравнению с контрольными группами животных. Исходя из этого сделали вывод, что чага хорошо переносится в указанных дозах, не обладает кумулятивным действием. Отсутствовали у чаги и пирогенные свойства, как показано в опытах на кроликах [45, 46]. Не выявлена токсичность очищенных препаратов чаги и при парентеральном введении кроликам в дозах, соответствующих 0,1 – 5 кратной суточной терапевтической дозе человека [47 – 50]. Никаких изменений в поведении животных и массе тела не замечено и при изучении хронической токсичности “осажденного препарата” чаги при введении через зонд в желудок кроликам и белым мышам в дозах 0,2–1г3кг и 5 г3кг, соответственно, в течение 10 дней [51].

Полная безопасность препаратов чаги в терапевтических дозах подтверждена многочисленными клиническими испытаниями даже при непрерывном многолетнем применении их в группах больных раком IV стадии, язвенной болезнью и др.[11, 12, 52 – 54].

Антитоксическое, радиопротекторное и адаптогенное действие чаги На моделях in vitro с использованием сбраживающей способности пекарских дрожжей показано [55], что препараты чаги ослабляют токсическое действие фтористого натрия, который является мощным ингибитором ферментов каталазы, энолазы и эстеразы, катализирующих процесс брожения. Антитоксическое, восстанавливающее действие чаги наблюдали и в процессе прорастания семян пшеницы, протравленных медным купоросом [55].

В опытах in vivo было показано, что кормление чагой белых мышей приводило к уменьшению дистрофических изменений в печени, вызванных четыреххлористым углеродом [56]. Однако разрастание соединительной ткани было более выраженным, чем в контроле. Настой чаги, введенный через зонд в желудок мышам, проявлял антитоксическое действие на моделях с использованием цитостатика этимидина в летальной дозе (30 мг3кг внутрибрюшинно), что выражалось в лучшей выживаемости животных: 65 %, против 5 % в контроле. Но при добавлении настоя чаги в питье животным эффекта не наблюдалось [57].

Кормление крыс линии Вистар криопрепаратами чаги, через 2 – 3 мин после внутривенного введения радиоактивного изотопа 90Sr, способствовало снижению депонирования радионуклида в костной и мягких тканях. Достоверно увеличивалось (на 33 – 35 %) выведение радионуклида с мочой [58]. При длительном гамма облучении (до 60 суток) мышей линии Balb3c, криопрепараты чаги, применяемые в течение первых 30 суток, увеличивали продолжительность жизни животных до 305 суток (в контроле 186 суток) и препятствовали резкому снижению лейкоцитов и развитию лейкопении, сдерживали перекисное окисление липидов крови на уровне, близком к контролю [58]. Скорость восстановительных процессов кроветворной ткани (клетки костного мозга) была несколько выше в группах животных, получавших чагу, чем в контроле.

Наблюдалась также умеренная активность синтеза белка и рост массы тела животных, что свидетельствует, по мнению авторов, об адаптогенном действии чаги [59]. Исследовалось влияние чаги на развитие сопротивляемости к неблагоприятным факторам внешней среды на белых беспородных мышах в условиях высокой температуры (70 °C) с длительностью пребывания животных в термостате от 13 до 20 минут. Экстракт чаги вводили в желудок животным через зонд за 1 ч до температурного воздействия. Результаты оценивали по выживаемости мышей. В конце опыта в контроле (без чаги) выживало 30 % мышей, а с чагой — 75 %, через 48 ч, соответственно, — 7 и 60 %. При профилактическом введении чаги в течение 5 дней терморезистентность мышей возрастала. Их выживаемость была в 2 – 2,5 раза выше контрольных, в зависимости от дозы. Опытные животные легче переносили повышение температуры окружающей среды, были активны, передвигались, в отличие от контрольных. Однако в опытах с высокой дозой экстракта чаги (0,5 мл) выживаемость животных была на 10 % ниже, чем в контроле. Таким образом, БАВ чаги, оказывая на организм стимулирующее действие, повышают реактивность и усиливают его сопротивляемость, нормализуют физиологические функции, подобно другим биогенным стимуляторам [60]. Процесс биостимуляции дозозавиим. Наиболее эффективны малые дозы, в то же время высокие дозы вызывают противоположное действие. Обнаружено, например, что настои чаги в концентрации 1:2000 – 1:3000 проявляют стимулирующее действие на инфузории (простейшие одноклеточные), а в концентрации 1:100 – 1:1000 губительно действуют на них [61]. Аналогичные данные получены при исследовании влияния чаги на скорость прорастания семян пшеницы [62]. Чага в концентрации 0,01 – 0,00001 % стимулирует ростовые процессы, авконцентрации 0,1 – 0,5 % — оказывает ингибирующее действие. В то же время продукты гидролиза полифенольного ХК (ароматические оксикислоты) действуют только как ингибиторы [62]. Возможно, это является одной из причин получения противоречивых данных при изучении чаги разными авторами.

Влияние чаги на физиологические функции организма.

По данным электрокардиографии и пневмографии в опытах на кроликах отмечается благоприятное влияние чаги на сердечную деятельность с повышением сократительной способности миокарда и успокаивающим влиянием на дыхательный ритм. Введение чаги вызывает повышение тонуса вегетативного отдела центральной нервной системы, в частности регулирующего сердечно-сосудистую и дыхательную системы

[47, 48, 50]. По данным [50] чага ускоряла восстановление нормальных функций нерва, утраченных под влиянием хлористого калия и, следовательно, очищенные препараты чаги потенциально могут использоваться в качестве стимулятора, способного возвращать нервную ткань в состояние жизнедеятельности [50]. В условиях изолированного сердца лягушки слабые концентрации чаги 0,01 % вызывали фазные изменения работы сердца [63]. Вначале наблюдалось кратковременное незначительное уменьшение амплитуды сердечных сокращений, а затем их повышение, без изменения ритма сердца. В дальнейшем сокращения сердца становились более мощными, возрастало его наполнение. Сердце увеличивалось в объеме, что приводило к более сильному сокращению сердечной мышцы и увеличению систолического объема. В таком режиме на протяжении 3 – 5 ч наблюдения сердце продолжало устойчиво работать. Авторы полагают, что чага оказывает влияние на нервный аппарат сердца. Такой же эффект, но в более выраженной форме, проявляла чага в концентрация 0,02 и 0,05 %. Концентрация выше 0,1 % вызывала быстро развивающееся урежение ритма сердца за счет увеличения диастолы и длительности пауз с проявлением аритмии. Концентрация 0,2 % вызывала значительное снижение амплитуд сердечных сокращений и остановку сердца в состоянии диастолы. В опытах in vivo чага в слабой (0,01 %) концентрации не оказывала влияния на сердечную мышцу лягушки, авконцентрации 0,02 – 0,05 % вызывала фазные изменения работы сердца, сначала снижение амплитуды сердечных сокращений и урежение ритма, а затем амплитуда сокращений сердца значительно повышалась и учащался ритм сердца, что выявляло повышение тонуса симпатической иннервации сердца. В дальнейшем ритм сердца несколько замедлялся, но амплитуда оставалась высокой, сокращение сердца становилось более мощным, чем до введения чаги. Наблюдалось энергичное сокращение предсердий и желудочков, увеличивалось кровенаполнение сердца. Высокая работоспособность сердца продолжалась в течение нескольких часов наблюдений. Более высокие дозы вызывали снижение амплитуды, а иногда наступление аритмии. Авторы делают заключение, что чага влияет на сердце через центральную нервную систему и эффект зависит от дозы препарата и функционального состояния сердечной мышцы и ЦНС [63]. Исследования, вместо цельной чаги, осажденного пигментного комплекса (ОПК) показало, что он действует мягче, не вызывая угнетения деятельности сердца и аритмии. Оптимальные концентрации ОПК (0,5 – 1 %) оказывали трофическое действие на сердечную мышцу (длительно увеличивали мощность работы сердца и амплитуды сокращений), повышали тонус вегетативной иннервации. Авторы связывают это явление с повышенной лабильностью сложного иннервационного аппарата сердца и чувствительностью к нервным импульсам, поступающим по экстракардиальным нервам [64]. Сообщается о влиянии биоглюканов из березового гриба на электрическую активность клеток из сердечного венозного синуса лягушки [65]: 0,0001 % раствор биоглюканов улучшал электровозбудимые свойства мембраны клеток сопоставимо с эффектом гипокальциевых растворов, но в отличие от них, положительный хронотропный эффект биоглюканов удлинялся в 50 – 100 раз. Методом электроэнцефалографии коры больших полушарий головного мозга кроликов до и после (через 20 – 30 мин) внутримышечного введения стерильного экстракта чаги [66], наблюдалось отчетливо регистрируемое повышение спонтанных биоэлектрических потенциалов коры, особенно в затылочной области, что свидетельствует, по мнению авторов, о влиянии чаги на обмен веществ клеток коры головного мозга.

Антиоксидантные и иммуномодулирующие свойства чаги

Антиоксидантные свойства чаги изучены in vitro методом спонтанной и инициированной (двухвалентным железом) хемилюминисценции (ХЛ). Чага уменьшала в 1,75 раза спонтанное свечение и в 2,5 раза инициированную ХЛ (эффект подобен действию ионола с концентрацией 0,01 мМ) [67]. Антиоксидантный эффект чаги подтвержден в клинических условиях у больных пневмонией [67] и больных с мягкой артериальной гипертензией [68] по показателям перекисного окисления липидов. По данным авторов, антиоксидантные свойства настойки чаги не уступают классическим антиоксидантным витаминам С и Е. Криопорошок чаги сдерживал рост содержания малонилдиальдегида (МДА) в плазме крови крыс на фоне 60-суточного лучевого воздействия и снижал уровень Р-белков крови в 3,5 раза, по сравнению с контролем [58]. Последний тест, как известно, является высокочувствительным показателем деструктивных процессов в организме, дестабилизации иммунобиологической защиты и нарушения гомеостаза. Оценены антиоксидантные и иммуномодулирующие свойства препарата на основе чаги – бальзама “Березка” в экспериментально-клинических условиях. Препарат чаги нормализовал содержание МДА, SН-групп, активность каталазы, супероксид дисмутазы в плазме крови крыс, нарушенных введением четыреххлористого углерода, стимулировал иммунный ответ на вакцину [69]. Иммуномодулирующая активность препарата БРМ-Ч [70] исследовалась на мышах, подвергавшихся воздействию гамма-излучения в дозе 3,0 Гр. Через месяц после облучения у животных, получавших препарат в течение 7 дней сразу после облучения или через неделю после облучения, обнаружена коррекция содержания иммунорегуляторных клеток. Процент Т-хелперных лимфоцитов возрастал с 7,8  0,9 до 16  2. Нормализовалась цитотоксическая активность натуральных киллеров (НК). В группе животных, получавших препарат в течение 2-х недель после облучения, наблюдалась нормализация не только Т-хелперных лимфоцитов, но и лимфоцитов, содержащих мембранный рецептор. Активность НК достигла уровня интактных животных [70]. В наших исследованиях на мышах Balb3c экстракт чаги обладал широким спектром иммунотропной активности. В концентрацях 1 – 100 мг3кг стимулировал в 1,5 – 2,5 раза пролиферативную активность спленоцитов, трансформированных in vitro поликлональным митогеном Кон А или аллоантигеном в смешанной культуре лимфоцитов (СКЛ) селезенки аллогенных мышей, и индуцировал дополнительное образование цитолитических Т- лимфоцитов (Т-киллеров) в СКЛ. В концентрациях 10 – 100 мг3кг при длительном введении (до 8 недель) per os — стимулировал цитотоксическую активность перитонеальных макрофагов. Показана возможность коррекции экстрактом чаги вторичных иммунодефицитов.

Оздоровительная роль чаги

Чага, бефунгин (густой экстракт чаги с добавлением солей кобальта), настойка чаги разрешены МЗ СССР для применения в медицине при хронических гастритах, дискинезиях желудочно-кишечного тракта с явлениями атонии, при язвенной болезни желудка и в качестве симптоматического средства, улучшающего общее состояние онкологических больных. Чага оказывает общетонизирующее и болеутоляющее действие [71]. Особенно эффективны препараты чаги в сочетании с традиционными методами лечения. Включение чаги в схему лечения больных язвенной болезнью сокращало пребывание больных в клинике с 42 суток до 30 – 35 суток. Длительность ремиссий с применением чаги была в 1,5 – 2 раза больше, чем при лечении другими методами без чаги [72]. Имеется сообщение об успешном лечении запущенных форм псориаза у больных, одновременно страдающих заболеваниями желудочно-кишечного тракта. Через 2 – 3 месяца непрерывного приема препаратов чаги 38 человек выздоровили, у 8 наблюдалось улучшение состояния [73]. Значительно улучшалось самочувствие и состояние здоровья у больных раком с запущенной III – IV стадией заболевания, независимо от локализации опухоли, при длительном применении препаратов чаги. У большинства больных, без выраженной кахексии, через 3 – 4 недели после начала приема настоя чаги, уменьшались, а затем прекращались боли. Отпадала необходимость в наркотиках [54, 74, 75]. В настоящее время разрешены в качестве общеукрепляющих биологически активные добавки (БАД) капсулы и фитоэликсир “Чаговит”, драже “Экстрабесунгин”, бальзам “Березка”, таблетки “Литовит Ч”, сухой экстракт, криопорошок и другие. Они не могут быть альтернативой традиционных лекарственных средств, а должны рассматриваться как важные составляющие компоненты для включения в схемы лечения больных для скорейшего восстановления защитных сил и оздоровления организма до, в процессе или после тяжелых заболеваний, а также в профилактических целях самостоятельно или в комплексе с другими.

Краткий анализ данных литературы показывает, что чага является одним из наиболее интересных отечественных источников БАВ, хотя недостаточно изученным и противоречивым. Она не обладает специфическим противоопухолевым и цитотоксическим действием, но в то же время при длительном применении, даже у больных раком IV стадии, независимо от локализации опухоли, улучшала общее состояние, способствовала нормализации физиологических функций организма, нарушенных патологическим процессом, за исключением крайне истощенных больных. Фармакологическое действие чаги осуществляется, предположительно, через центральную и периферическую нервную систему за счет суммарного комплекса БАВ и, в первую очередь, присутствия в ней полифенольного хромогенного гуминоподобного комплекса меланина.

Очевидно, БАВ чаги модулируют клеточный метаболизм на уровне центральной и периферической нервной системы, а через них вызывают коррекцию процессов биорегуляции защитных систем и резервов организма. Противоречивость литературных данных, по-видимому, обусловлена многими факторами как технологического характера (качество сырья и препаратов), так и экспериментально-клинического (выбор доз, схемы и режимы применения, исходное состояние ЦНС пациентов и пр.).

Л И Т Е РАТ У РА

1. Атлас ареалов и ресурсов лекарственных растений СССР, ГУГК, Москва (1979), с. 322.

2. Д. А. Муравьева, Фармакогнозия, Медицина, Москва (1981), сс. 625 – 627.

3. J. K. Zjawiony, J. Nat. Prod., 62(2), 300 – 310 (2004).

4. А. Б. Николаев, Фельдшер и акушерка, 10, 51 – 53 (1964).

5. А. И. Попов, Д. Н. Шпанько, Фармация на современном этапе, Проблемы и достижения. Научн. труды, 39(2), Москва (2000), сс. 251 – 253.

6. А. В. Каукин, Древо-целительство, Сов. спорт, Москва (2002), сс. 175 – 180.

7. А. Артемова, Береза исцеляющая и омолаживающая, Диля,Москва, Санкт-Петербург (2001), сс. 29 – 32.

8. К. П. Балицкий, А. Л. Воронцова, Лекарственные растения в терапии злокачественных опухолей, Ростов (1980),сс. 143 – 151.

9. К. Доронина, Вестник ЗОЖ, 226(22), 16 – 17 (2002).

10. А. Д. Турова, Лекарственные растения СССР и их применение, Медицина, Москва (1967), сс. 56 – 59.

11. Г. П. Рычагов, А. А. Федотова, Сов. мед., 12, 81 – 84 (1973).

12. А. А. Федотов, Ю. И. Родсолайнен, Клин. мед., 7, 22 – 25 (1981).

13. Патент РФ 2027441 (1995).

14. Патент РФ 2076728 (1997).

15. Патент РФ 2074731 (1997).

16. Патент РФ 2110252 (1998).

17. П. А. Якимов, М. Ф. Ступак, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение,Ленинград (1959), сс. 50 – 54.

18. А. Н. Шиврина, Е. В. Ловягина, Е. Г. Платонова, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград (1959), сс. 55 – 61.

19. Е. В. Ловягина, А. Н. Шиврина, Е. Г. Платонова, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград (1959), сс. 62 – 71

20. А. Н. Шиврина, Р. А. Маслова, Почвоведение, 11, 63 – 67 (1969).

21. Е. В. Ловягина, А. Н. Шиврина, Е. Г. Платонова, Биохимия,25(4), 640 – 645 (1960).

22. Г. Л. Рыжова, С. С. Кравцова, С. Л. Матасов и др.,Хим.-фарм. ж., 31(10), 44 – 47 (1997).

23. А. Н. Шиврина, Е. В. Ловягина, Е. Г. Платонова, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград (1959), сс. 72 – 84.

24. Е. В. Ловягина, А. Н. Шиврина, Биохимия, 27(5), 794 – 800 (1962).

25. П. А. Якимов, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград (1959), сс. 36 – 45.

26. А. Н. Шиврина, Е. В. Ловягина, Е. Г. Платонова, Биохимия, 24(1),67 – 72 (1959).

27. А. Н. Шиврина, Е. В. Ловягина, Е. Г. Платонова, ДАН СССР, 132(6), 1444 – 1447 (1960).

28. А. Н. Шиврина, Почвоведение, № 11, 51 – 60 (1962).

29. И. С. Явметдинов, Е. В. Степанова, В. П. Гаврилова и др., Прикладная биохимия и микробиол., 39(3), 293 – 301 (2003).

30. И. Д. Комиссаров, Л. Ф. Логинов, Гуминовые вещества в биосфере, Наука, Москва (1993), сс. 36.

31. В. Г. Бабицкая, В. В. Щерба, Прикладная биохимия и микробиол., 36(4), 439 – 444 (2000).

32. О. П. Низковская, А. Н. Шиврина, Е. В. Ловягина и др.,Микробиология, 29(3), 441 – 445 (1960).

33. Б. Бриттон, Биохимия природных пигментов, Москва, Мир (1986), сс. 259 – 279.Химико-фармацевтический журнал. Том 40, № 10, 2006 43

34. В. П. Курченко, Т. А. Кукулянская, Д. А. Новиков, Успехи мед. микологии, Матер. 2 Всерос. конгресса по мед. микологии, т. 3, гл. 5, Москва (2004), сс. 156 – 158.

35. Б. Н. Огарков, Л. В. Самусенок, Г. Р. Огаркова, Успехи мед.микологии, Матер. 2 Всерос. Конгр. по микологии, т. 3, гл. 5,Москва (2004), сс. 150 – 153.

36. Н. В. Сушинская, Т. А. Кукулянская, Н. В. Гавриленко и др., Успехи мед. микологии, Матер. 2 Всерос. конгр. по мед.микологии, т. 3, гл. 5, Москва (2004), сс. 192 – 194.

37. Т. А. Кукулянская, Н. В. Курченко, В. П. Курченко, В. Г. Бабицкая, Прикладная биохимия и микробиология, 38(1),68 – 72 (2002).

38. Т. А. Кукулянская, В. П. Курченко, Н. В. Гавриленко и др., Успехи мед.микологии, Матер. 2 Всерос. конгресса по мед.Микологии, 3(5), Москва, 153 – 155 (2004).

39. A. Jarosz, M. Skorska, J. Rzymowska, et al., Acta Biochim Pol.,31(1), 149 – 151 (1990).

40. J. Rzymowska, Boll Chim Farm, 137(1), 13 – 15 (1998).

41. С. П. Лях, Микробный меланогенез и его функции, Наука,Москва (1981).

42. А. Н. Шиврина, Продукты биосинтеза высших грибов и их использование, Наука, Москва – Ленинград (1966),сс. 49 – 57.

43. В. Ф. Корсун, К. А. Трескунов, Клиническая фитотерапия в онкологии, Минск, Беларусь (2003), сс. 172 – 175.

44. М. Д. Луцик, Биохимия человека и животных, 9, 69 – 76 (1985).

45. А. В. Лазовская, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград(1959), сс. 96 – 102.

46. А. В. Лазовская, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград(1959), сс. 103 – 104.

47. М. П. Березина, П. К. Булатов, Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, АНСССР, Москва – Ленинград (1961), сс. 161 – 165.

48. М. В. Еременко, С. М. Андреева, П. А. Якимов, Продукты биосинтеза высших грибов и их использование, Наука, Москва – Ленинград (1966), сс. 71 – 77.

49. Е. А. Спалва, Н. В. Петряевская, Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, АНСССР, Москва – Ленинград (1961), сс. 206 – 209.

50. М. П. Березина, М. В. Еременко, Е. А. Гусева и др., Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, АН СССР, Москва – Ленинград (1961),

51. Н. В. Петряевская, Е. А. Спалва, Продукты биосинтеза высших грибов и их использование, Наука, Москва – Ленинград (1966), сс. 69 – 71.

52. Е. Я. Мартынова, Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, АН СССР, Москва – Ленинград (1961), сс. 225 – 235.

53. Е. Я. Мартынова, Продукты биосинтеза высших грибов и их использование, Наука, Москва – Ленинград (1966),сс. 89 – 99.

54. П. К. Булатов, М. П. Березина, П. А. Якимов, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград (1959), сс. 261 – 312.

55. Н. А. Якимов, О. П. Низковская, Н. М. Милова, Чага и ее лечебное применение, Медгиз, Ленинградское отделение,Ленинград (1959), сс. 90 – 95.

56. Т. Б. Журавлева, Е. А. Спалва, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение,Ленинград (1959), сс. 132 – 140.

57. И. П. Комяков, Вопросы онкологии, 13(2), 112 (1967).

58. Л. Н. Расина, Радиационная биология, радиоэкология, 42(4),399 – 403 (2002).

59. А. С. Гаврилов, А. А. Щеголев, Е. В. Гусельникова,Хим.-фарм. журн., 37(2), 43 – 46 (2003).

60. В. Ф. Рудаков, Высшие грибы и их физиологически активные соединения, Наука, Ленинград (1973), сс. 49 – 52.

61. С. С. Скворцов, Чага и ее лечебное применение при раке

IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград(1959), сс. 141 – 142.

62. О. П. Низковская, Н. М. Милова, Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, АН

СССР, Москва – Ленинград (1961), сс. 151 – 155.

63. М. Н. Березина, В. К. Васильева, Е. И. Грязнова, Чага и ее лечебное применение при раке IV стадии, Медгиз, Ленинградское отделение, Ленинград (1959), сс. 105 – 113.

64. М. П. Березина, М. В. Еременко, Е. Я. Мартынова и др., Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, Москва – Ленинград (1961),сс. 190 – 205.

65. В. А. Головко, Бюл. эксп. биол. мед., 128(9), 264 – 266(1999).

66. М. П. Березина, П. К. Булатов, М. В. Еременко, Продукты биосинтеза высших грибов и их использование, Наука, Москва – Ленинград (1966), сс. 66 – 69.

67. Б. А. Айнабекова, Клин. геронтология, 7(3, 4), 59 – 60(2001).

68. А. Н. Саржанова, Б. К. Айнабекова, А. Ж. Сейтембетова,Е. И. Аймишева, Астана мед. ж., 2, 37 – 39 (2000).

69. Е. В. Гапоненко, Дис. канд. мед. наук, Пермь (1995).

70. Ю. М. Леонтьев, Л. Г. Борткевич, А. Н. Капич, Ж. А. Стреж,Тез. докл. IV Всес. конг. “Химич. фармакология и механизм действия противолучевых средств”, Москва (1990),

71. М. Д. Машковский, Лекарственные средства, т. 2, Медицина, Москва (1986), с. 162.

72. П. К. Булатов, М. П. Березина, М. В. Еременко, А. Н. Берц, Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, Москва – Ленинград (1961), сс. 236 – 246.

73. Е. А. Досычев, В. Н. Быстрова, Вестник дерматологии и венерологии, № 5, 79 – 83 (1973).

74. П. К. Булатов, Е. Я. Мартынова, Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, АН СССР, Москва – Ленинград (1961), сс. 247 – 253.

75. С. Пясковский, С. Рихтер, Комплексное изучение физиологически активных веществ низших растений, АН СССР, Москва – Ленинград (1961), сс. 258 – 263.